Гастрономия.

 

Я держу время в холодильнике. Это такие маленькие пластиковые бутылочки с кефиром ровно на два глотка. В него специально добавляют немного микробов, чтобы они поселились у меня в животе. Это добрые микробы. Совсем как я. Они тоже любят покушать. Я делюсь с ними своей пищей, а они в ответ снабжают меня своими какашками, что помогает мне не умереть от ядов, притаившихся внутри какого-нибудь гамбургера.

Каждое утро я выпиваю одну бутылочку натощак. А завершаю день коктейлем Здоровье наполовину состоящим из чеснока, наполовину из смеси кефира и томатного сока, чтобы ночью не быть ненароком укушенным вампирами. Это помогает мне продвигаться во времени.

Что-то вроде масла в Советской Армии. Время там нарезалось кусочками между утренней и вечерней пайками масла. Мы пожирали время. Намазывали его на хлеб трудностей и лишений воинской службы, которые каждому солдату положено стойко переносить.

Оно было не менее противное чем оранжевый комбижир, который нам давали на обед. Но выбора не было. Можно было только умереть. Или закосить. Я выбрал последнее. Зато теперь я знаю как надо правильно обращаться со временем.

Его нужно есть. Теперь время куда как вкуснее оранжевого армейского комбижира. Оно теперь гораздо более рафинировано. С обильными вкраплениями интернета, приправлено сексом и густо полито телефонными разговорами с друзьями.

Мы говорим о еде. О чем же еще можно серьезно поговорить? О литературе? А разве это не одно и то же с точки зрения времени? Время пристально смотрит на нас. Мы его пожираем, а оно на нас смотрит. Как рязанские пироги. Впрочем, я тоже очень люблю на что-нибудь посмотреть.

Наблюдать. Хотя бы за самим собой, любимым. Сидеть в уголке тихонько и смотреть, как я сижу за столом, работаю вилкой и ножем. Я умею красиво управляться столовыми приборами. Культура, бля! Переодически вскакиваю, открываю холодильник или готовлю около плиты.

В ритме самбы. Или босса-новы. Красиво! Лучше всякого телевизора. Музыка гастрономии. Она чудесна, особенно в моем исполнении. Пряная, местами неожиданная. Глиссандо каперсов и синкопы черных маслин.

Хорошо темперированная еда. Легатто сыра с грибами. Мелодии гороха с беконом. Сижу и внимаю музыке еды. Острый Лимонов чередуется с воздушным Фетом. Экзотичный Борхес обильно полит пьянящим Ерофеевым.

Суть еда. Хлеб наш насущный дай нам днесь. Я ем время, а время ест меня. Ничего не поделаешь. Волки от испуга скушали друг друга. А я не боюсь. Мне просто некогда.

Я - ем, а значит существую! Главное это никогда не останавливаться. Иначе рискуешь узреть множество странных существ. Я знаю, что они там, за пределами кухни. Их отпугивает запах еды.

Существа. Суеты. Похотливые кроты и ощипанные пеночки. Очередь из съеденных чупа-чупсов. Куклы Барби с отрезанными грудями. Портреты команданте Че с собственным членом во рту. Бодлер с букетом цветов. Налоговые декларации, написанные кровью черного козла. Да мало ли что?

Все равно. Я не спешу. Я ем. Хотя наверно это не вежливо по отношению к той, что сидит за дальним концом стола и терпеливо ждет, пока я закончу трапезу.

Но я пока еще голоден.